fantascop

Запретная глубина. Часть 2

в выпуске 2018/09/24
12 сентября 2018 - Андрей В.Болкунов
article13462.jpg

На глубине в одиннадцать тысяч километров под верхним слоем экзосферы Юпитера было… скучно. Возможно, даже ещё скучнее, чем на предыдущем месте – на «разрешенной» глубине, ближе к его поверхности. Капитан даже подумал, что не зря эта глубина считается запретной, – какой человек в здравом уме решит отправиться в столь скучное место?

Во-первых, здесь было темно. За бортом клубилось тёмное непроглядное марево, из такой дикой смеси газов, что приборы поначалу отказались их анализировать! Танкер словно висел в грозовой туче, окруженный плотными тёмными облаками. Даже мощные курсовые прожекторы «Вальяжного» не пробивались сквозь них и освещали пространство вокруг не далее километра. А мониторы показывали только клубящееся ничто, вынуждая капитана играть с настройками камер наружного наблюдения, в попытке увидеть хоть что-нибудь примечательное.

Во-вторых, вокруг по-прежнему не происходило ничего интересного! Юпитер представлял из себя бушующий океан только на поверхности. Атмосферные шторма и грозы, умопомрачительные ветра и аномалии, вихри, миражи – всё это встречалось только до глубины в три тысячи километров! Чем глубже в атмосферу Юпитера они погружались, тем тише и спокойнее становилась эта удивительная планета. Возможно, дело было в колоссальном давлении и температуре. Возможно, в плотности газа, растущей с глубиной. Здесь он действительно закачивался в цистерны быстрее, но на его обработку и очистку по прежнему уходило много времени.

Было скучно.

Как и опасался капитан, четыре из семидесяти гравикомпенсаторов, установленных на «Вальяжном», сломались, не выдержав возросшей нагрузки. И ещё восемь тревожно помаргивали оранжевыми огоньками, готовые присоединиться к павшим товарищам. Впрочем, это никак не повлияло на работу стальных, и сила тяжести на корабле изменилась едва ли на десятую долю.

Василь сделал себе очередную пометку обратиться к ремонтной бригаде, но и сам понимал, что едва заведя корабль в «порт» благополучно про неё забудет.

Время тянулось медленно, словно зима на южном полюсе Урана. Капитан, окончательно утративший надежду повеселиться, с тоской пялился на голографические экраны камер видеонаблюдения, краем глаза поглядывал за работой приборов и с надрывом зевал.

Спустя день бесплодного ожидания, когда отчаявшийся космический видеоблогер уже готов был лезть на стену от скуки и безделья, чудо, наконец, произошло. Капитан издал невнятный вопль, заставив напарника вздрогнуть и выронить спицы из рук, и радостно заорал:

– Ага! Я знал, что мы здесь что-нибудь найдём!

Он вскочил и от переизбытка чувств даже обежал вокруг своего кресла, подпрыгивая и хохоча. Пилот лениво посмотрел на экран, вызвавший у его подопечного столь бурную реакцию.

В клубящейся серой мгле, примерно в километре от их корабля, висел планетолёт. Он едва просматривался сквозь дымку, но всё равно был заметен. Круглая, чуть сплюснутая кабина с желтыми овалами прожекторов, почему-то не дающими света, была обращена к ним под небольшим углом, а остальная сигарообразная часть корабля, плавно изгибаясь, скрывалась во мгле за ней. Деталей рассмотреть не удавалось, но было понятно, что этот корабль очень похож на газодобывающий танкер землян. Только очень маленький. Он висел совершенно неподвижно. И ещё его окружал радужный ореол, слегка бликующий в свете прожекторов «Вальяжного».

Григорий без интереса зевнул:

– Обычный мираж. «Зеркального» типа – отражение на стенке газового пузыря. Между прочим, точная копия нашего корабля! Только меньше раз в десять. Дальность, – он бросил взгляд на радар, – около семисот метров, примерные размеры… ну, не важно. Вы правы, это забавно. Но – ничего особенного, обычное явление. В плотной газовой среде такое случается сплошь и рядом! Мы такое уже наблюдали. И не раз.

Он вернулся к своему занятию, но капитан продолжал разглядывать зависшего на экранах двойника с возрастающим интересом. Он снова оседлал кресло, защелкал рычажками на пульте, приближая и фотографируя необычное явление. Вызвал несколько виртуальных «окошек» с какими-то графиками, всмотрелся в них и весело предложил:

– Слушай, а давай по нему из противометеоритки пальнём? Вот весело будет! Мы такого ещё не делали. Зрители обзавидуются!

– Чего уж тут весёлого? – насупился бородач. – Баловство! Это же мираж! «Пуля» просто сквозь него пролетит и все дела. Только перерасход припасов без пользы. Вам бы только веселиться. А мне перед вашим отцом потом отчитываться. Правильно он про вас говорил: «Обалдуй!»

– Ну, а куда же нам без веселья-то, а? – обиделся капитан. – Скука здесь смертная! А тут какой повод развлечься. Помнишь «пузырик»? Конечно помнишь! Чёрт возьми, да мы до сих пор на его «просмотрах» зарабатываем больше, чем на этой чёртовой работе, будь она неладна!

«Пузырик» было первым и до сих пор, пожалуй, самым просматриваемым видео, из всех, что Василь снимал на глубине. Почти три года назад, когда он только начинал «погружаться» в Юпитерианскую атмосферу, он столкнулся с явлением редким и, по уверениям некоторых учёных, весьма и весьма опасным, хотя сам Василь об опасности тогда не задумывался. Огромный, циклопических размеров пузырь газа, километров пять в диаметре, поднялся из недр гигантской планеты и завис примерно на глубине шести тысяч километров под её поверхностью. «Вальяжный» наткнулся на него совершенно случайно! И, после нескольких пробных облётов, «протаранил» его на полном ходу. Взрыв получился на славу! «Пузырик» лопнул с таким красочным фейерверком, что капитан до сих пор вспоминал тот день с восхищением. Это было эффектнее, чем наблюдать взрыв мыльного пузыря изнутри!

Видеозапись этого процесса, слегка замедленная для пущей зрелищности, получилась завораживающей. Уже за первую неделю после запуска в Сеть она собрала больше миллиарда просмотров (сейчас их число приближалось к тридцати) и, спустя три года, до сих пор входила в десятку самых просматриваемых видеороликов во Всемирной Сети, обеспечивая капитану нешуточную известность в мировом видеоблогерском сообществе.

Учёные-планетологи также были в восторге.

Как и всякий уважающий себя видеоблогер, капитан гонялся за популярностью и старался сделать свои видео интересными для как можно большего числа людей. Чем больше «просмотров» получали его видеозаписи, тем большую прибыль приносил канал. Потому Василь и бросался во всевозможные авантюры, подчас не задумываясь о последствиях.

Противометеоритная пушка входила в базовую комплектацию кораблей всех классов без исключения! Но по прямому назначению использовалась редко. От большинства астероидов, блуждающих по Солнечной Системе, можно было без труда увернуться, просто изменив курс или отразив их с помощью энергетических щитов корабля. Уничтожению подвергались только наиболее крупные и опасные, защититься от которых иным способом было нельзя.

Впрочем, иногда эта пушка использовалась и для развлечения, как сейчас.

Капитан вызвал систему управления орудиями, перевёл всю информацию на голографический экран перед собой, совместил перекрестие прицела с центром «кабины» миража и нажал на спуск.

Снаряд, отобразившись на экране монитора багровым росчерком, прошел под двойником, даже не задев его! Он пробил пузырь газа насквозь и взорвался где-то далеко позади него.

Вопреки ожиданиям, пузырь от такого надругательства не лопнул. Но по его поверхности прошла видимая даже без виртуального приближения рябь, которая слегка исказила очертания отраженного корабля.

Капитан разочарованно присвистнул:

– Интересно, – задумчиво протянул он. – Ну, то, что это мираж – понятно. Вон как колыхается! Непонятно, почему «пуля» мимо прошла? Я же правильно наводил!

– А плотность атмосферы вы учитывали? – хохотнул Григорий. – Нет? И давление здесь выше, чем у поверхности. Это же уже не газ – тут плотность, как у воды! Так что: берите необходимые поправки и стреляйте снова. С-стрелок.

Последнее слово он выделил особенно обидной интонацией, но капитан предпочел не реагировать на подначку пилота. Он навёл орудия и выстрелил снова.

На этот раз снаряд попал в цель – вошел точнёхонько между двумя блямбами «прожекторов» в верхней части кабины двойника, снова прошил пузырь газа насквозь и канул во тьме.

Двойник пошел рябью, расплылся, радужный ореол вокруг него развеялся, и…

Газовый пузырь, с отображавшимся на его стенках миражом, исчез. Вместо него, словно сбросивший маскировочные щиты корабль-разведчик, перед удивлёнными газовщиками предстала небольшая сфера, переливающаяся отблесками жидкого металла. Радар показывал, что она была не больше пятидесяти метров в диаметре и, судя по торчащим в разные стороны выростам (то ли антеннам, то ли орудийным стволам), была явно искусственного происхождения. Однако люди никогда не использовали такую форму для своих кораблей. Василь знал об этом. И что это была за Сфера, он понять не мог. Эта штука напомнила ему встопорщившегося морского ежа, которого он когда-то давно видел в зоопарке на Земле, куда его привёл отец, когда Василю было пять лет.

На каком-то диком, подсознательном уровне Сфера почему-то производила довольно жуткое впечатление чего-то неправильного, враждебного, чуждого всему, и не только тут, на глубине…

Как и мираж, Сфера висела неподвижно. Только на этот раз эта неподвижность пугала.

– Это ещё что за хрень? – ошарашено пробормотал капитан, чувствуя неприятный холодок на спине, но при этом не забывая фотографировать загадочный объект. – Кто это? Это же уже не мираж, да?

Григорий, мельком взглянувший на монитор, выронил спицы, уронив недовязанную кофточку на пол, и, подавшись вперёд, с ужасом воззрился на экран:

– То-то её даже радар фиксировал! – воскликнул он, вцепляясь в подлокотники кресла. – А я, дурак, не догадался. Говорил же вам, не стоило сюда опускаться. Закрывай форсунки!

Он стал торопливо возиться с приборами, начав готовить танкер к «всплытию».

– Чего? – не понял капитан. Он с удивлением наблюдал за суетливыми движениями напарника.

– Закрой форсунки газосборников, – медленно повторил Григорий, остервенело щелкая рычажками на приборной панели. – Чтобы при подъёме нас давлением не разорвало. «Всплывать» будем резво.

Он бросил взгляд на недоумённо хлопающего глазами парня и добавил:

– И пристегнись.

– Всплывать? Зачем нам всплывать? – забормотал сбитый с толку капитан, но, увидев выражение лица напарника, быстро набросил пристяжные ремни и защелкнул застёжки по бокам кресла. На то, чтобы перекрыть сбор газа ушла ещё секунда, – Василь просто провёл рукой по сенсорной панели, завершая все операции.

– Что это за ерунда там, такая круглая? Кто-то из наших? Или исследовательский зонд? Что вообще происходит?

Григорий не отвечал. Отжав стартёр, он разом запустил все двигатели, посылая танкер вперёд. Корабль тряхнуло. Для набора максимального ускорения в таких условиях он был не приспособлен, но автоматика делала всё возможное чтобы компенсировать возросшие нагрузки. На приборной панели перед капитаном ещё три лампочки, показывающих работу гравикомпенсаторов изменили свой цвет с оранжевого на красный и погасли, предупреждая о выходе приборов из строя.

В этот момент в центре Сферы, изображение которой продолжало транслироваться на экраны мониторов, появилась маленькая светящаяся точка, и тотчас же из неё вырвался луч белого света, пронёсшийся высоко над «Вальяжным». Экраны на миг затопило ослепительно яркой вспышкой, заставившей людей зажмуриться. Динамики выдали высокочастотный гул.

– Чёрт возьми! Она стреляет по нам! – заорал Василь, вжимаясь в спинку кресла и хватаясь за голову. Он повернулся к напарнику и обомлел: – Эй, ты что творишь? Ты куда ведёшь? Поворачивай! Поворачивай!

Григорий направлял танкер прямо на Сферу, словно собираясь протаранить её.

– Как я тебе этого дурака поверну? – прорычал пилот, с усилием вытягивая штурвал на себя. – У нас миллионы тонн груза! И гравитация здесь – дай боже. Такую махину быстро не развернёшь. Попробую уйти на «горку».

– Чтобы эта штука нам в брюхо пальнула? – ужаснулся капитан. – Чёрта с два! Уходи в сторону!

Он попытался выхватить штурвал у напарника, навалился сбоку, насколько позволяли ремни кресла, но помощник грубо ударил его локтем и отпихнул в сторону.

– Не шелести!

«Вальяжный» медленно и неторопливо, полностью оправдывая своё имя, закладывал вираж. Изображение противника на мониторах сместилось в нижнюю полусферу и исчезло за краем экрана. Молодой человек запаниковал ещё сильнее:

– Что? Исчезла?! Куда она делась?

Он сжался в кресле, с ужасом глядя на виртуальные экраны перед собой. Принялся перебирать их, выискивая противника.

– Господи, да она же нам сзади заходит! – Василь вывернулся в кресле, инстинктивно оглядываясь назад, будто отсюда можно было рассмотреть угрозу. – Боже мой, мы обречены!

– Не шелести!

– Да у нас же там ёмкости с газом! Нам одного попадания хватит, чтобы в Ад отправиться!

У капитана началась форменная истерика. Никогда раньше он не сталкивался с подобной ситуацией. Хоть он и считал себя весьма храбрым человеком, способным справиться с любыми испытаниями, реальность оказалась куда серьёзнее, чем он себе представлял.

Голос помощника заставил его придти в себя:

– Да, это проблема, – Григорий был предательски спокоен. – Хотя именно это нас и спасёт. Сбрасывай.

– Что?!

– Отцепляй Третью цистерну! И подорви её. Что у нас там? Не важно. Что-нибудь горючее найдется. А система дистанционного подрыва у нас есть.

Василь начал судорожно шарить по приборной панели:

– Думаешь, взрыв её задержит?

– Если он произойдёт у неё перед «глазами», то да. Да и сквозь обломки она не полетит. К тому же, есть вероятность, что сдетонирует окружающий газ. Каскадную реакцию мы не запустим и весь Юпитер не подорвём. Слишком велика у него плотность. А вот километра два-три газа воспламениться могут! Получится эдакая ядерная бомба в миниатюре. К тому времени, как Сфера прорвётся сквозь это облако, мы отсюда уже улетим. Нас взрыв не заденет, а её – задержит.

– Да, да, да, ты прав. Хороший план. Хороший. Я сейчас! – забормотал капитан, лихорадочно просматривая список содержимого резервуаров Третьей цистерны. – Аргон, неон, азот, углерод, чёрт, ни одного горючего! – в отчаянии вскричал Василь. – Хотя нет, вот же! ВОДОРОД! Мало правда, всего сто пятьдесят литров, это то, что после адсорбции осталось, – мы его во Вторую перегоняем…

– Для подрыва хватит, – кивнул пилот. – Кислород там есть? Хотя откуда, отсеки же изолированы. Впрысни из системы жизнеобеспечения корабля. Кислород нужен для искры. Иначе ничего не загорится. Запускай!

– Да погоди ты! – капитан «обвесился» кучей голографических дисплеев и забарабанил пальцами по клавиатуре, пытаясь заставить автоматику совершить недопустимые операцию. Отцепить цистерну в полевых условиях, без захода в ремонтные доки, было практически нереально!

Сфера снова испустила ослепительно белый луч, и снова он прошел в опасной близости от корабля землян.

Приборы на миг отключились. Взвыла и сразу затихла система аварийного оповещения. По экранам прошла рябь сильных помех, часть голографических «окошек» пропала.

И, в довершение всего, в кабине танкера отключилась гравитация.

«Вальяжный» поднимался уже почти вертикально, и люди буквально лежали в своих креслах. Но пока работали гравикомпенсаторы, ориентация «пол-потолок» сохранялась. Когда гравитация отключилась, всё в кабине, что не было закреплено, взлетело. Василь проводил взглядом проплывающую мимо его головы корзиночку с вязанием. Несколько клубочков шерсти высыпались из неё и, оставляя за собой длинные шерстяные хвосты из размотавшихся ниток, плыли следом. Затем, спустя всего секунду, растянувшуюся для паникующего парня на целый час, гравитация изменила вектор тяги, – это Юпитер вступил в свои права, – и весь мусор, что летал в воздухе, обрушился назад, на то, что раньше было стеной рубки. Людей вдавило в кресла почти пятикратной перегрузкой. Борта танкера зловеще заскрежетали.

– Чёрт! – прохрипел полупридушенный капитан. – Этого только не хватало!

Ему наконец удалось произвести необходимые операции с автоматикой корабля и он, тяжело двигая руками, нажал несколько кнопок на клавиатуре:

– Готово!

Ужасающий оглушительный скрежет, раздавшийся вслед за этим где-то в дальних отсеках корабля, казалось, должны были слышать даже на Ганимеде! Капитан живо представил себе проминающиеся стенки рубки, и как крепкая обшивка «Вальяжного», не выдержав колоссального давления Юпитера, рвётся, словно бумага! Танкер тряхнуло так, что его повело в сторону, а люди едва не переломали себе кости, несмотря на специальные противоперегрузочные кресла, – в отсутствии гравикомпенсаторов и с более чем пятикратной силой тяжести, действующей сейчас на корабль, рывок был действительно страшен. Пилот с трудом сумел выровнять курс, не дав танкеру свалиться на бок.

«Вальяжный» продолжил всплывать уже чуточку резвее.

Василь непонимающе уставился на монитор:

– Крепления оторвало… – с обидой сказал он, просматривая данные о повреждениях корабля. И, истерически хохотнув, с гордостью добавил:

– Но Третью цистерну я всё-таки отцепил!

– Внимание! – внезапно ожил бортовой компьютер. – Повреждение корпуса Второй цистерны: 34% Разгерметизация секторов: 4, 9, 15, 16, 32…

– Молодец, – едко похвалил капитана Григорий. – Теперь дело осталось за малым.

Он ввёл на своей клавиатуре какой-то код, и из пульта перед ним выползла небольшая жёлтая кнопка, закрытая прозрачным защитным колпачком. Он отщёлкнул колпачок и занёс кулак над кнопкой, приготовившись её нажать.

Радар предупреждающе запиликал. На одном из голографических «окон», висящих сбоку над панелью управления, снова показалась Сфера. Она вынырнула из-за искорёженных останков Третьей цистерны, что медленно проваливались в бездну, и, плавно обогнув их, поплыла вслед за всплывающим танкером землян.

Григорий в панике вдавил кнопку дистанционного подрыва.

Дальнейшее смешалось для Василя в калейдоскоп кошмарных ощущений: месиво звуков из скрежета металла обшивки корабля, ругани пилота и воя аварийных сирен било по ушам; вспышки потолочных ламп и мониторов ослепляли, впивались в мозг сквозь меркнущее сознание; голова и тело болели жутко! Сила тяжести возросла семикратно! Капитана вдавило в кресло, и ему показалось, что он слышит, как хрустят, ломаясь, его кости.

«Вальяжный» не успел отойти далеко от отцепленной цистерны. И когда Григорий привёл в действие систему её подрыва, корабль землян накрыло взрывом. Толкнуло, разламывая, крутануло в горизонтальной плоскости, едва не опрокинув снова в глубину, повело в сторону. Сферу, которая находилась гораздо ближе к Третьей цистерне, просто смело ударной волной. Но выстрелить она всё же успела. Её луч прошил Вторую цистерну «Вальяжного» насквозь, и теперь ту корёжило ужасающим давлением планеты. Пилот, матерясь, прикладывал неимоверные усилия, чтобы выровнять корабль и продолжить подъём. Или хотя бы не дать ему провалиться вниз. Но его крутило, крутило…

И не выдержавший взросшей перегрузки капитан потерял сознание.


***
«Вальяжный» летел домой.

Юпитер, тёмный, большой, клубился и бурлил разноцветными облаками газа далеко внизу. Он был очень красив! Этот величественный «пушистый» шар, изрисованный полосчатыми узорами. Однако того чувства безмятежности, что он обычно дарил смотрящим на него, больше не было. Теперь Юпитер выглядел зловещим, страшным, враждебным. Словно где-то в его глубине, под этими когда-то мирными облаками, пробудилось что-то злое, опасное. Ждущее своего часа, чтобы напасть.

Капитан, едва пришедший в себя, напряженно всматривался в облака внизу, опасаясь продолжения погони. Сфера, что преследовала землян, отстала, затерялась где-то в облаках, сгинула в бездне. Но радости от избавления от загадочного противника люди не испытывали.

При подъёме «Вальяжный» потерял и Вторую цистерну, смятую и изуродованную колоссальным давлением атмосферы планеты-гиганта. Её пришлось отцепить, она мешала управлению кораблём. И теперь танкер землян летел сравнительно налегке. Но у него было ещё много повреждений. Ускорения на большой глубине и скоротечный бой – не прошли даром. Можно сказать, что люди спаслись чудом! Едва не потеряв корабль…

– Чёрт возьми, да что это такое вообще было? – орал Василь, вяло ворочаясь в кресле. – Под нами ведь не было никого, – мы одни в этом секторе работали! Да и сообщили бы нам, если бы там кто-то из наших газовщиков обитался. Ну не инопланетяне же это в самом деле? Необитаем Юпитер! Все это знают! И учёные уже сколько раз это проверяли. Да и будь он обитаем, мы бы уже давным-давно кого-нибудь встретили! Сколько лет уже человечество в него «ныряет», обязательно кто-нибудь хоть на кого-нибудь, да наткнулся бы. Не должно было там никого быть!

У капитана снова начиналась истерика.

– Бросьте! – флегматично отмахнулся от него Григорий. Он расслаблено откинулся в кресле и, поручив управление кораблём автопилоту, снова, спокойно, будто и не было страшной погони, вязал. – Не нашего ума это дело. Пусть учёные в этом разбираются. Продадим им записи видео, – пущай смотрют. Да и подписчики ваши будут рады! – усмехнулся он.

Капитан сник.

– Так, ты всё записал? Когда ты успел?

Григорий только пожал плечами.

– А звук ты, случаем, не записал? – помолчав, осторожно спросил Василь.

Звук записывался изнутри кабины, позволяя экипажу комментировать происходящее на экранах. И истерика капитана была бы очень необычным сопровождением для этого видео, моментально поднявшем бы количество его просмотров до заоблачных высот. И навсегда бы закрывшего капитану дорогу в Интернет. И в Космос, если бы об этом узнал его отец.

Григорий мотнул головой:

– Нет.

Капитану вдруг стало очень-очень стыдно за своё поведение. Он обмяк в кресле и безвольно уставился в пространство перед собой. Конечно, звук можно было и затереть, удалить из видеозаписи и с бортового компьютера, но случайно сохранённая и попавшая в Сеть запись могла наделать много бед. По прибытию корабля в Порт, все записи с его компьютера и чёрных ящиков копировались на сервера Базы. И операторы этих серверов иногда, сидя на долгой выматывающей вахте, копались в них, в попытке развеять скуку. Некоторые особо интересные моменты, которые они там находили, могли потом обнаружиться в общественном доступе.

Капитан вздрогнул, представив, что могло бы тогда случиться.

– Спасибо.

Григорий промолчал. Какое-то время товарищи летели молча. Василь продолжал опасливо поглядывать на виртуальные экраны и беспокойно оглядываться назад, ожидая, что Сфера появится вновь.

– Эх, жаль, что с Базой связаться нельзя! – разочарованно забормотал он, дрожащей рукой приглаживая волосы. – Запросили бы сейчас инструкций! Чёрт.

– Зачем вам инструкции, Василь? Вы же сами говорили, что они для дураков?

– Ну не в этот же раз, Гришка! Знаешь, – неуверенно произнёс капитан. – Не пойду я больше в глубинный нырок. Не дождётесь! Уволюсь. Уж лучше у отца в офисе на Земле сидеть – там безопаснее! Да хоть на Церере! Где угодно, лишь бы подальше от Джупа! Не нравится он мне.

Григорий на секунду задумался:

– Да, пожалуй, вы правы. Не стоит в него пока нырять. Кто знает, как эти штуки отреагируют на ваши действия? Помните инцидент на Марсе в шестьдесят седьмом? Пусть лучше ученые со всем этим разбираются. А что насчет Земли, там и в самом деле будет безопасно. Но скучно.

– Что? – капитан с недоумением вытаращился на товарища.

– Скучно! Где вы ещё такие развлечения найдёте? Настоящие приключения! Подумайте, Василь Борисыч. Ради чего вы согласились на эту работу? Ради денег? Нет. Настоящий драйв, острота ощущений, новые открытия, невероятные природные явления, Жизнь! Всё это там, внизу. Подумайте, стоит ли от всего этого отказываться? В офисе посидеть вы всегда успеете. На данный момент, всё самое интересное в Солнечной Системе происходит здесь! Главное – следовать предписаниям техники безопасности и не опускаться слишком глубоко в атмосферу Юпитера. Запретная глубина не случайно названа так.

Василь какое-то время молчал, осмысливая сказанное товарищем, и вдруг потрясённо прошептал:

– Так ты знал! Знал и ничего не сказал!

– Я говорил, вы не слушали, – проворчал Григорий. – Ходили слухи. Среди «стариков». Якобы там, на глубине, водятся что-то вроде разумных «пузырей». Они обитают в металлическом водороде, на глубине двадцати тысяч километров под поверхностью планеты, но иногда поднимаются повыше. Говорят, их видели и на семи. Сами по себе они безобидны. Якобы. Раньше они никогда на людей не нападали. Люди не нападали на них! Что сейчас будет, не знаю. Вы первый стрелять начали. Та Сфера просто защищалась. Это я сейчас понимаю: захоти она нас уничтожить, попала бы с первого раза. А я ещё на таран пошел, дурак, испугал её. А когда она сама стрелять начала, – запаниковал. Старым становлюсь, рассеянным, – вздохнул он. – В общем, зря мы её взорвали…

Василь огорошенно молчал, до глубины души потрясённый откровением напарника. Григорий увлечённо работал спицами.

– А может быть и не зря, – нехотя продолжил он. – Были случаи, когда они действительно атаковали. Таранили, толкали, кружили вокруг. Пугали пилотов. Может, они просто изучали их, не знаю. Встречаться с этими «пузырями» не рекомендуется, а едва заметив, предписано уходить и как можно скорее «всплывать». Но эта Сфера, кажется, всё-таки была безобидной. Просто играла с нами. А мы взорвали её… Как на это отреагируют её подружки, я боюсь даже представить. Пожалуй, в ближайшее время в Юпитер лучше будет не погружаться. О чём мы и должны будем сообщить на Базу по возвращении.

– Тогда какого чёрта я про эти Сферы ничего не слышал? – обиженно воскликнул Василь. – Мой отец – хозяин Корпорации! Я должен был знать!

– Это секретная информация, Василь Борисыч. О существовании «Жизни» в Юпитере знают только руководство Компании и несколько десятков пилотов, из той, Первой Волны, которые только начинали разрабатывать планету. Тогда ещё не было ограничения, и они опускались очень глубоко. Ну и учёные, само-собой. Вам приказано не говорить. Приказ вашего отца, между прочим. Вы же – авантюрист! Немедленно бросились бы туда, вниз. И наломали бы дров.

– По-моему, – пробормотал капитан. – мы их и так наломали…

Напарники погрузились в молчание. Через некоторое время капитан спросил:

– Так что теперь будет? Что нам делать?

– Ничего. Летим домой, сдаём вахту, чинимся. С остальным разберутся специалисты. Расслабьтесь, Василь Борисыч, всё уже закончилось. Посмотрите лучше, какую я кофточку связал. Дочурка моя обрадуется!

И гордый отец продемонстрировал капитану своё творение.

Василь задумчиво смотрел перед собой. Ему хотелось о многом подумать. Многое для себя решить. До Ганимеда было ещё несколько часов лёта. Времени у него было много. А в голове роились нерешенные вопросы.

Стоит ли и в самом деле покинуть Юпитер и искать другую работу, или остаться здесь? Стоит ли выкладывать на канал видеозапись битвы со Сферой, и как к этому отнесётся общественность? Стал ли опасен Юпитер и могут ли Сферы напасть на человечество и начать мстить за павшего товарища? Как оправдаться перед отцом за изувеченный корабль? И… Правильно ли они поступили?

Капитан не знал.

Он молча сидел, погружённый в раздумья, и с удивлением прислушивался к себе. Кажется, он снова начинал испытывать скуку?

Впереди была долгая дорога домой.



Примечание автора: «Инцидент на Марсе в шестьдесят седьмом» – отсылка на мой рассказ «Бунт, или первые впечатления», действие которого происходит в той же вселенной, но веком ранее.

(Март-Апрель 2018)

Похожие статьи:

Рассказы11 астронавтов. Глава 1.

РассказыБольшой Испаритель

РассказыЗапретная глубина. Часть 1

Рассказы11 астронавтов. Глава 3. Финал.

Рассказы11 астронавтов. Глава 2.

Рейтинг: +4 Голосов: 4 359 просмотров
Нравится
Комментарии (4)
DaraFromChaos # 13 сентября 2018 в 00:24 +3
не, тут без плюса
цельный фортепьянный ака рояльный концерт в финале smoke
Евгений Вечканов # 13 сентября 2018 в 02:21 +3
А мне понравилось! Я плюсану, и второй части, и рассказу в целом.
Игорь Колесников # 13 сентября 2018 в 17:38 +4
Всё-таки плюс, потому что долгое время было интересно. Почти до самого конца.
И написано годно!
Константин Чихунов # 15 сентября 2018 в 23:47 +2
Плюс я поставил. А ещё уверен, что уже читал где-то этот рассказ. Уж не на конкурсе ли каком?
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев