1W

METROCOSMOPOLITAN

на личной

3 ноября 2016 - Yuriy Yurov

  СОЛНЕ СВЕТИЛО ИЗО ВСЕЙ СИЛЫ. Был июнь, время начала летних отпусков. Город утопал в пыли и зелени деревьев. По дорогам медленно ползли раскаленные автомобили в бесконечных пробках. По улицам струился поток пешеходов.

 Он шагал через дорогу, не боясь что его собьет машина, слишком медленное дорожное движение обезопасивало его от этого.  Ему было жарко, но в то же время он наслаждался этой погодой. Весь май лили дожди и было очень, необычно, холодно. И только теперь немного наладилось и припекающее солнце больше радовало, чем приносило неприятные ощущения от своего припекания. Он шел между людей, сновавшими по улице, то и дело останавливаясь чтобы пропустить кого-то, или наоборот ускоряя движение чтобы кого-то обогнать.

 Вот и его дом… точнее не его, а его дедушки с бабушкой. Сам он давно уже здесь не живёт, он переехал отсюда восемь лет назад. За восемь лет мир переменился до неузнаваемости. Новая мода, новые течения и в политике и в личной жизни людей. Но самое главное: война. Она закончилась восемь лет назад. Она закончилась и казалось тогда что её уже никогда не будет, что все устали воевать, просто все силы исчерпаны и все возможности для продолжения войны на исходе. Тогда все думали что это начало мира – долгого и счастливого, хоть и очень трудного, восстановления порядка, нового мироздания. Война длилась почти пять лет. Пять бесконечно долгих лет голодания, Страха, ненависти и безысходности. Вся его юность была войной. Он не помнил ни одного дня чтобы не стреляли, чтобы стены дома не вздрагивали от взрывов гранат. Чтобы кто-нибудь не погибал. Это длилось так нестерпимо долго, что в какой-то момент он просто привык к этому состоянию – полнейшей разорванности с настоящим, абсолютной неуверенности ни в чем, ни в завтрашнем дне, ни в друзьях, ни в себе, он привык и поверил что это нормальное состояние – каждый день ждать известия о чьей-нибудь смерти, каждый час ждать что придется опять срываться с нынешнего места и перебираться в другое, более безопасное, да и безопасное ли?!

 Он шел по улице и видел новые дома. Совершенно новые. Новые дороги, новые деревья, молодые, низкие и слабые. Но и среди всего нового, среди казалось бы этой бетонной и асфальтовой новизны, все равно то здесь то там проступало какое-то свидетельство отгремевшей катастрофы, которую сознательно создавали сами люди, стараясь уничтожить друг друга.

 Он дошел до своего дома. КАК все здесь поменялось! Подумал он. И только дом каким-то необъяснимым образом остался целым и был таким же как и прежде. Все вокруг уже было новое, недавно отстроенное и только вот это здание… он провел взглядом по старым и облупившимся кирпичам на стене. Он вошел в дверь, поднялся на второй этаж и позвонил в звонок. Дверь открыла бабушка.

- Никас!!! – воскликнула она и сразу же захотела обнять его. Он инстинктивно выставил руки и отгородился. И только потом понял что этим очень обидел старушку. Она старалась не показать вида, но лицо у неё покраснело и губы задрожали. Тогда Никас, пересиливая себя, все-таки обнял её. Обнял её огромное тело. Прижал к себе.

- Привет, Женя!! – сказал он.

Он никогда не называл её бабушкой, а только по имени.

- Дед дома? – спросил он, отпуская её и проходя дальше в комнаты.

- Дома! – сказала она, уже исчезая за стеной.

 Он вошел и увидел его, своего деда, сидящего в глубоком старом кресле и читающего какую-то огромную книгу.

 Никас остановился посреди комнаты и замер, рассматривая любимое лицо. Странно, но дед не постарел. Он оставался все таким же, каким    был раньше, именно таким и помнил своего деда Никас в детстве. Те же густые волосы, седые, но густые и красивые волосы, та же загорелая кожа, усы белого цвета под мясистым  большим носом. Синие глаза смотрят внимательно, необычно увеличены из-за толстых линз очков, но светятся умом и добротой.

 Никас подошел вплотную к деду и тронул его за руку. Дед вздрогнул и поднял лицо. Он улыбнулся и его лицо избороздили сетки глубоких морщинок.

-Никас!! – сказал дед и неуклюже поднялся с кресла, он обнял внука и замер на мгновение.

Никас ощутил запах лекарства от деда.

- Что опять сердце? – спросил настороженно Никас.

- Да нет! – ответил дед. Виновато отводя взгляд, - все нормально.

 Никас отпустил дедовы руки и уселся на диван.

- Что произошло? – спросил он, рассматривая деда.

Дед никогда не умел врать. Он сразу же покраснел, затеребил пальцами.

- все хорошо, Никас… - ответил он, - так… старческие фантазии…

- Голос, когда ты звонил мне и просил сегодня меня прийти к тебе, у тебя был взволнованный! – сказал Никас деду, не выпуская его из своего цепкого взгляда. Дед заметно нервничал. И как не пытался скрыть этого, все же это было очень заметно.

- Нет, Никоша… так… - сказал дед, он посмотрел на внука, - что-то мне взбрело в голову… старость наверное… - он уселся обратно в свое кресло, - напрасно, наверное я тебя потревожил, но ты же знаешь ты у меня один на целом свете, когда умерли они…

 Никас закачал головой и глубоко вздохну. Дед никогда не говорил «родители» только всегда «они», когда хотел рассказать об отце и матери Никаса. Не мог простить дед своего сына, не мог принять то, что отец Никаса, не послушался его и… как считал дед, именно из-за этого погиб. Не мог простить сыну своему, но, как теперь догадывался Никас, не мог больше простить СЕБЕ. Не мог простить себе Что не уберег своего ребенка, не смог убедить его не поступать так…

- Дед, не надо!!! – попросил Никас.

Но дед уже начал волноваться, позволив себе начать говорить про «них» он уже не мог остановиться.

- Они оставили нас: меня и тебя, Никас, - говорил дед глухим голосом, - они нас бросили, предали нас… И ты у меня один, ты тот человек, ради которого я продолжаю жить… другого смысла я не вижу…

- Дед, - Никас качал головой, - война давно закончена… все улучшается…

- НЕТ!! Никас! Нет! – заговорил быстро дед, - война не просто не закончилась, война продолжается с новой силой, с несказанным упорством и изощренностью!!! Война идет ужасная, потому что стала коварной, они заставила вас молодых и глупых поверить  что все хорошо! Что если не стреляют, то – это мир и так и должно быть, но НЕТ!!!

- Дед, пожалуйста!!! – Никас начал жалеть что пришел сюда, как он ни любил деда, но его мрачные идеи все-таки было очень сложно вынести, - прекрати дед!!!

- Никас, ребенок мой!!! – уже кричал дед, он судорожно ловил ртом воздух, как будто задыхался, - послушай Хоть Ты меня!! Твой отец меня не слушал и что получилось!!! И он и твоя мать, они погибли, исчезли с лица Земли!!! Я ему говорил, говорил, но он был упрям и глуп! Да – он был глуп. Но считал глупым как раз меня! Вот как ты сейчас!! – и дет протянул указательный палец и указал на Никаса.

 Никас не выдержал, он вскочил.

- Дед, пожа-а-а-алуйста: Прекрати! Или я уйду! – сказал Никас.

 Дед тоже вскочил, лицо его пылало, кожа покрылась миллионом капелек пота. Глаза его сверкали линзами очков.

- Послушай! Послушай меня!! – он протягивал руки, как будто молил о чем-то, - мне стало недавно совершенно ясно что они что-то предпринимают! Они готовят что-то!!! Это так очевидно, что только такие слепцы как вы, только такие одураченные юнцы как вы не могут это увидеть!!! Скоро случится что-то невероятное, что-то ужасное!!!

 Никас отвернулся и направился к двери.

- ты не слушаешь меня!!! Ты такой же как он, как твой глупый отец!!! – дед задыхался от рыданий, - я не смог спасти его, но дай мне… разреши мне помочь тебе!!

- Дед!! – не выдержал и закричал Никас, - ну неужели ты не понимаешь что именно этим ты меня и убиваешь!!! Я уже не могу слушать этот постоянный бред что все мировые правительства что-то задумали против нас, что они хотят всех уничтожить, и только ты, дед, это все понимаешь и только ты можешь нас всех спасти!!!

 Через десять минут Никас шагал по улице. Он налетал на прохожих. Они что-то кричали ему в след, но он не обращал никакого внимания на их ругань. Никас плакал и то и дело вытирал сухие слезы со своего горячего лица. Он был злой на деда. Он был злой на себя за то что не сдержался, и не остался. Он опять и опять прокручивал в голове те слова что он сказал деду перед тем как выбежать на улицу, все время мучаясь из-за того как он оскорбил деда.

Никас увидел вход в метро и свернул в него. Спустился по ступенькам, прошел по каменным плитам и открыл дверь, ведущую к эскалатору. В жужжащем туннеле было прохладно и малолюдно. Никас оттер потную шею и осмотрелся. Он стоял на платформе, около него было всего несколько человек, часы над туннелем показывали 12.15. Наконец показалась голова поезда, подуло ветром и Никас ощутил терпкий запах резины, от этого стало приятно. Поезд остановился, двери вагона открылись и Никас шагнул внутрь.

 В вагоне было почти пусто, в  такой час на этой линии метрополитена никогда не было много народа, а теперь, летом,   и того меньше. Никас рассматривал лица людей стоявших рядом. Два черных человека с блестящей кожей на негроидных лицах, женщина полная и нервная о чем-то разговаривала с ребенком девочкой лет десяти, три подростка, наверное, студенты первого курса, едущие сдавать экзамены, молодая девушка с черными короткими волосами, лица которой Никас все никак не мог рассмотреть, она что-то напряженно читала на рекламной афише, но фигура её Никасу очень понравилась, именно такие фигуры – тонкие, спортивные, заставляли его двадцатипятилетнее сердце биться чаще и чаще. Еще несколько людей сидело, разбросанные то тут то там по всему пространству вагона. Если бы не мрачные мысли по поводу недавней ссоры с дедом, к которой в своем сознании, Никас то и дело возвращался, может быть он осмелился подойти к той девушке и попытаться заговорить. Вот остановка, двери открылись, два негра вышли из вагона, Никас ждал, но все хорошо – девушка оставаясь в вагоне, значит можно полюбоваться ею еще немного времени и если она обернется, то увидеть её лицо. Кто-то зашел в вагон, Никас не обратил внимания кто именно, и поезд качнуло и он поехал. Девушка обернулась и Никас учащенно задышал, она оказалась очень красива. Теперь следующая остановка была очень не близко, это была, кажется, самое дальнее расстояние между станциями. Никас даже вспомнил что это пространство находится очень глубоко под землей. Он вспомнил что во время войны чуть ли   одна эта станция и оказалась невредимая из-за своей чудовищной глубины, все остальные пути пришлось восстанавливать. Уши у Никаса заложило. И тут что-то произошло, что-то сверкнуло и свет погас. Сначала Никас решил что это он ослеп на мгновение, наверное так оно и было в начале, но вот он открыл глаза и все равно ничего не видно, тьма, но еле заметные движения каких-то предметов. Потом опять что-то случилось: ему показалось что он вместе с вагоном куда-то проваливается. Какая-то чудовищная сила сжала его тело и он упал на пол, бесконечное мгновенье вагон куда-то бешено несся, но потом все возобновилось. Через несколько секунд включился свет в вагоне.

Никас ошарашено смотрел на пассажиров и они тоже были испуганы недавно происшедшим. Все казалось только-только отходили от чего-то страшного что только что произошло.

«Слава, Богу» - это случилось на самом деле, подумал Никас, потому что мгновение назад ему казалось что это он теряет сознание и очень не хотелось упасть на пол вагона… при этой симпатичной девушке и тем самым поставить себя в ужасно глупое положение. Но все люди в вагоне были ошарашены произошедшим, маленькая девочка что-то спрашивала у соей мамы тонким плачущим голосом. И та отвечала дочке что она сама не знает что это такое было. Люди смотрели друг на друга, кривили улыбки, что-то спрашивали, обменивались репликами. Но постепенно все успокоились. И Никас заметил что та девушка несколько раз взглянула на него, взгляд у неё был испуганный, о чем-то просящий и Никас в ответ пытался ободряюще улыбнуться. Наконец он решился.

- Не знаете что это было?! – спросил он у неё, голос у него внезапно оказался хриплым, еле слышным.

- не-е-т!!! – ответила девушка, улыбаясь.

- вы не… вы не очень испугались? – опять спросил у неё Никас.

Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.

- А я признаться – очень!!! – ответил он.

 - И я тоже! – неожиданно призналась девушка.

После прошедшей войны очень легко нас напугать, выбить из равновесия, подумал Никас.

 Он пытался заглянуть к ней в лицо, но она по-прежнему была к нему спиной, а подходить ближе было не учтиво с его стороны. Наконец поезд приехал и двери открылись, несколько человек вышло из вагона, но никто не зашел. Никас стоял и ждал когда закроются двери. Девушка стояла и ждала когда поезд тронется, ей тоже, к величайшей радости Никаса, не надо было выходить на этой остановке. Но поезд все стоял с открытыми дверьми. Минуту. Потом три минуты. Пассажиры начали недоуменно переглядываться друг с другом. Пять минут… десять минут

- что-то произошло?!. – толи вопросительно толи утвердительно сказала девушка.

- возможно!.. – ответил Никас.

Только сейчас он заметил то что не успел заметить с самого начала – это полнейшее отсутствие людей на платформе. Никого.

Что-то неприятно холодно пробежало по его животу.

- Надо, наверное, выходить? – спросила девушка, рассматривая пустую станцию.

- н-н-не знаю! – ответил неуверенно Никас, - вообще-то если поезд не едет дальше то машинист должен предупредить людей.

 Все стояли и ждали. Пятнадцать минут, потом двадцать. Странно это все было и все люди в вагоне чувствовали это. Никас ощущал что все люди, рядом с ним боятся, просто физически не могут перебороть себя, выйти из вагона. Когда на него взглядывала девушка он старался придавать всякий раз своему лицу мужественное выражение, но внутри у него та мерзкая рептилия, которая поселилась минутами раньше, так и продолжала ползать по его внутренностям и от этого было очень не по себе. Все пассажиры, казалось чувствовали то же самое что и Никас, они медленно двигались, как будто желая придать себе уверенности, но это мало помогало и выражение растерянности и неприкрытого страха отчетливо проступало на их лицах.

- Выйти все-таки придется!!! – громко сказал худой мужчина в очках в том конце вагона.

Все пассажиры повернули  к нему головы. Он тоже посмотрел на всех остальных сквозь свои круглые линзы: - Двадцать минут уже стоим!.. – сказал он, ожидая от остальных какого-то сочувствия.

- Да… - тихо сказал Никас.

- ЧТО? – вздрогнула девушка и полностью обернулась к нему.

- Я говорю, что, наверно, придется выйти… - сказал неуверенно Никас, - только вот… куда идти.

 Он понимал, он уже особенно отчетливо понимал что что-то случилось, ну не может не приходить на другой перрон электричка больше двадцати минут и просто не мыслимо чтобы никто из людей не спускался за такое время на эту станцию.

 Он стоял и смотрел на всех остальных и все остальные тоже смотрели друг на друга. Но никто не решался первым выйти. «Война!!» подумал Никас, «это все она, сволочь… теперь люди не могут нормально реагировать ни на какую нестандартную ситуацию иначе как бояться и думать все самое худшее!!!»

- мама пойдем!!! – вдруг не выдержала и заплакала девочка. Она видимо чутче остальных ощущала напряжение и угрозу таившуюся вокруг.

- Тише. Тише… ну что ты!!? – говорила её мать, но смотрела не на своего ребенка а на окружавших её людей.

 Все стояли и ждали. «Ну а что, собственно могло случиться?» думал Никас, если воздушная тревога, то наоборот – люди должны спешить в метро, если внезапный авиа удар, то хоть какое-то соединение с поверхностью должно бы остаться и в этом случае работники метрополитена обязательно сообщили бы пассажирам… тут было совершенно непонятно почему по радиосвязи ничего не объявляется. Тут он заметил нескольких людей, которые осторожно идут по платформе. Те люди очень пристально всматривались во все окружающее. Один из них толстенький мужчина обратился сквозь открытую дверь:

- мы из первого вагона! – сказал он.

 Никас и девушка кивнули в ответ

- Вы тоже не знаете что случилось? – спросил толстенький.

 Никас и девушка отрицательно покачали головами.

- Вот, блин!! – ответил толстенький.

 И тут Никас додумался.

- Вы из первого вагона, вы пытались поговорить с машинистом, может он что-то знает? – спросил Никас.

- Он тоже нихрена не знает!!! – ответил толстенький, - он говорит что связи с диспетчерами нет!!!

 Никас закивал головою. Было страшно, но надо было что-то делать, не целый же день сидеть в этом вагоне.

- Ладно! – сказал он, - надо выйти!!

 Девушка вздрогнула и посмотрела на него. Но пример людей из первого вагона, которые сновали по станции, видимо подбодрил и остальных пассажиров этого поезда и многие из соседних вагонов тоже вышли на перрон. Никас решился и вышел из вагона. Он мысленно представил что сразу же за ним закрылись  двери электрички и поезд уехал, увозя навсегда в своем чреве  Эту прекрасную незнакомку, и это показалось Никасу даже страшнее чем необычная ситуация с отсутствием людей на перроне. Но двери не закрылись и поезд как стоял так и остался стоять с открытыми дверьми.

Никас прошелся по перрону, теперь около него ходило довольно много людей, вагоны заметно опустели. Никас обернулся и увидел около себя ту самую девушку. Она тоже вышла из вагона вслед за ним.

- Ну что!? – сердце у Никаса радостно забилось от близости этой девушки, - вроде ничего необычного вне вагона не наблюдается.

Девушка криво улыбнулась неудачной шутке Никаса.

- Пока нет! – тихо сказала она.

 Никас посмотрел на монитор с часами, пытаясь определить сколько же прошло времени с предыдущей электрички, но табло показывающее промежуток времени между поездами было с двумя нулями и Никас машинально перевел взгляд на табло рядом, показывающее точное время и не поверил… его даже затрусило.

- 22.00 ??? – сказал Никас неожиданно громко. На перроне мгновенно образовалась тишина. Все сначала смотрели на Никаса, а потом стали смотреть на часы над туннелем.

Все замерли, онемение было полнейшее. Если бы там оказалась муха, то безусловно было бы слышно как она летает.

- Часы сбились!! – пробасил кто-то сзади. Все обернулись на голос: это был очень толстый мужчина, он поглаживал бороду, - был сбой в электричестве и часы сбились!!! – сказал так же громко он. Всех это немного успокоило.

Теперь практически все пассажиры вышли из вагонов, все ходили по перрону. Тихо переговариваясь друг с другом. Так никто не решался выходить наружу.

- Люди!! – послышался голос. Все обернулись на крик, крик доходил откуда-то сверху и тут по остановившемуся, недвижному, эскалатору начал спускаться человек, это был мужчина в шортах,  - люди!! -  Кричал он,  - вы здесь?!

 Все стояли и напряженно ждали пока он спустится. Он уже увидел их, но продолжал кричать: - Люди… вы… - он спешил и он был ужасно напуган.

 - Слава Богу, вы тут!!! – сказал задыхаясь он. Потом за ним так же застучали шаги и спустилось еще два человека.

- мы решили вернуться!! – сказал задыхающимся голосом мужчина в шортах.

  Все замерли. Теперь сразу, без особых объяснений этого мужчины, всем собравшимся на перроне стало ясно что что-то произошло вверху, и что врать себе было больше невозможно.

- мы решили вернуться, - повторил мужчина!!!

 Все стояли и молча смотрели на вновь прибывших, все молчали, напряжение было ужасным.

- Мы… -  отдуваясь говорил мужчина в шортах. Он обернулся и посмотрел на мужчину и женщину, которые спустились за ним, - мы… мы из этой электрички… - сказал он, - мы вышли на этой станции и поднялись по… - он не договорил, он просто показал рукой вверх по остановившемуся эскалатору.

- там… - говорил мужчина, все собравшиеся на перроне вцепились взглядами в его лицо, там… - говорил он и не мог выговорить ни слова. Никас смотрел на этого дрожащего мужчину и от напряжения стискивал до боли зубы. У него замерло сердце, его трусила нервная дрожь, он ожидал самого худшего, он всматривался в бледное лицо этого человека и видел на нем ужас. Никас ожидал самого худшего. Сердце билось об ребра и от этого вдруг жутко затошнило, но то что он услышал  было намного хуже всего что он ожидал. Это было невероятно. Это было…

- там зима!! – сказал тихо мужчина.

 Сначала никто ничего не понял. Все стали спрашивать друг у друга: - что? Что он сказал?

- там зима!!! – опять сказал мужчина и засмеялся, всех поразил этот смех. Это было ужасней чем крик самого жуткого ужаса, этот смех…

 Он обернулся к тем другим, которые спустились за ним. Они закивали.

 - ВОТ!!! – закричал мужчина и показал на ноги женщины, которая спустилась с ним, - вот, смотрите!!!

 Все сначала не могли понять на что именно показывает мужчина в шортах.

 Но потом кто-то тихо сказал: - снег!

 Никас присмотрелся и действительно увидел что подошвы кроссовок, в которые была обута женщина, облеплены снегом, который теперь таял и растекался возле её ног грязной лужицей.

 Кто-то громко вскрикнул. Кто-то что-то зашептал не менее громко. Все сразу начали говорить. У Никаса в голове вдруг отчетливо всплыло лицо деда.

- мы выходим… а там темно… - начал сбивчиво рассказывать мужчина в шортах

- Совершенно темно!! – подтвердила женщина с кроссовок которой таял снег.

- и очень холодно! – добавил мужчина рядом с ней.

 - темно и ужасно холодно!! – договаривал мужчина в шортах. – я сначала подумал что рехнулся и вот они, - он махнул на пару рядом с собой и те закивали головами, - они тоже.

 Люди сбились в тесную толпу и обступили этих троих.

- подождите, как зима? – спрашивал кто-то из толпы.

- не может быть!! – говорила какая-то женщина.

- Бре-е-е-д!! – засмеялся кто-то

 Мужчина в шортах диким взглядом обводил окруживших его людей.

- «Бред»?!!!!? пойдите  посмотрите!!! – начал кричать он, - пойдите и посмотрите!!!

 - Ну хорошо, хорошо… это что-то невероятное, но вы могли спросить у людей там, наверху, что все-таки происходит? – спросил пожилой мужчина, на него посмотрели и одобрительно закивали.

-  У КОГО!? – вдруг заорал мужчина в шортах, - У кого? Там никого нет!!!

 И опять была тишина. Люди смотрели на его лицо, они дрожали и жались неосознанно, жались под каким-то глубоким инстинктом, друг к другу.

- там никого нет!! – продолжал мужчина в шортах. – там пусто!!!

- совершенно верно! – сказала женщина в засыпанных снегом кроссовках, - там наверху ни одного человека нету!!

- Зачем бы мы спускались? Если бы нам всё там… - мужчина в шортах выкинул руку вверх, - если бы нам там всё объяснили??

 Все молчали. У Никаса вдруг сильно закружилась голова и   он сделал несколько шагов чтобы не свалиться на пол, он вышел из толпы и прошелся по пустому перрону. Мыслей в голове не было, точнее была одна единственная мысль, которая заполнила все пространство сознания совершенно вытеснив все остальные мысли. Он шагал по гранитным плитам и звук его шагом отражался эхом по всему туннелю станции. Он зябко потер плечи, только теперь он почувствовал что на перроне действительно очень холодно и совсем не так как бывает летом в метро… хоть и бывает прохладно, но теперь это очень холодно, холод от которого замерзаешь, холод который пронизывает тебя до костей. Страшно было не то что там наверху сейчас зима и ночь, хотя он спускался час назад в метрополитен из жаркого лета и полдня, а эта последняя фраза этих побывавших наверху людей, что там никого нет. «НИКОГО НЕТ!!»  повторил он про себя. Поэтому эти люди и спустились обратно, не-е-ет, ни холод и темнота, не этот страх погнал их обратно, они спешили обратно к людям, они спешили к нам!! – думал Никас. «Что? Что? ЧТО?? – спрашивал он бесконечно сам себя, - что там ТАКОГО могло произойти чтобы исчезли все люди… чтобы была зима… чтобы никого не было?» Его мозг отупел, он просто отказывался работать. Он просто шагал и шагал по перрону и тут он словил себя на мысли что он совершенно не слышит голоса людей, он обернулся и увидел что все остальные тоже молчат, молчат и думают, думают погрузившись в себя.

- Надо подняться! – сказал кто-то.

Никто не отозвался.

- Сидеть здесь бессмысленно!! – опять сказал тот же голос.

Молчание всеобщее было ему ответом.

- Ну хорошо! – сказал тот же, - а что вы предлагаете.!»№;%:?

Опять все молчали.

 Потом Никас сказал: - надо подниматься!!!

 Все посмотрели на него.

- можно чтобы только мужчины… кто хочет, а женщины, - он посмотрел на ту девушку, она смотрела ему в ответ, - а женщины и дети пусть пока побудут тут!!

 В толпе одобрительно загалдели.

- кто пойдет? – спросил худой мужчина в очках.

 Все стали смотреть друг на друга в нерешительности.

- я пойду! – поднял руку мужчина в голубой рубашке с короткими рукавами и в синих форменных брюках, - я машинист этого поезда… и я чувствую некоторую ответственность за все что сейчас происходит.

- я пойду, - сказал толстенький мужчина с широкой лысиной на всю голову.

-Я тоже! – сказал коренастый парень в гавайской рубашке.

- Я! – тихо сказал Никас и пошел через толпу людей к подножию эскалатора.

- Ну и я! – сказал мужчина в шортах, тот который недавно спустился.

 Эта группа мужчин стала медленно подниматься по ступенькам эскалатора, который исчезал где-то сверху.

 На середине пути машинист запыхавшимся голосом сказал: - самая глубокая станция… чтоб её…

 Все остальные шли молча, только толстенький мужчина предложил: - надо продумать какой-то план действий.

Никто ему не ответил, продолжали подниматься молча.

- Какой там план!! – сказал, усмехаясь, мужчина в шортах.

 Вся группа мужчин старалась держаться вместе, поближе друг к другу, эскалатор давно кончился и они выходили к ступеням ведущим на улицу. Все как один остановились перед этими ступенями. Никас ощутил зверский холод, которым овевало сверху.

- пошли..! – тихо сказал он и все двинулись за ним.

 Было темно.

Темно и тихо.

Тихо и холодно.

Они вышли на поверхность, зябко ежась в своих летних одеждах они осторожно ступали на промерзший асфальт. Лед хрустел под их летней обувью.

ПУСТО!

Никас ощутил это животом скорее чем сознанием.

Было невероятно пусто, омерзительно пусто, безнадежно пусто вокруг.

Это ощущалось во всем: в полной неподвижности всего окружающего, в черном небе, мерцавшем ледяными звездами, в одиноких высоковольтных столбах, стоящих вдоль дороги, в тихом подрывании ветра в линях этих столбов.

Были машины, но они были мертвы, в их черных стеклах была пустота. Дома смотрели своими слепыми окнами и тоже были ужасно пусты.

И тогда Никас ощутил невероятный страх, страх скрутил его кишки до невероятной боли, Никас даже согнулся от этого, и у него возникло невероятное, всепоглощающее желание поскорее вернуться обратно в метро, так было страшно снаружи!!!

 Но они продолжали идти, хотя ужасно замерзли, тишина была такая что было слышно дыхание каждого из членов этой группы мужчин. Никас шагал вперед. Город был пустой… город был мертвый…

- надо вернуться!! – сказал кто-то сзади (кажется парень в гавайской рубашке)

 Но они продолжали идти. Идти все дальше.

Тишина впивалась в уши. Тишина глушила их.

И тут тихое:

- мама!

Кто сказал? Никас не понял а почувствовал что что-то случилось, он быстро обернулся и увидел машиниста, шагавшего рядом с ним , который замер и смотрит куда-то вбок.

 Никас проследил за взглядом машиниста, и всмотрелся в пустоту улицы, казалось что ничего там не было, что там только ночная чернота замерших предметов, но чем дольше туда всматривался Никас, тем сильнее он ощущал что-то, что-то очень не понятное, что-то очень ужасное, что-то невыразимо мерзкое сейчас происходило там, куда он вперил свой взгляд. Потом он понял ЧТО именно там было, потом он понял ЧТО именно его так напугало в этой пустоте.

 На него смотрели из этой пустоты.

Он это ощущал затылком, на котором волосы встали дыбом. На него кто-то или что-то смотрело из этой пустоты, он машинально попятился назад и наступил на ногу стоявшего сзади мужчины. Тот тихо вскрикнул.

 - Что это? – спросил кто-то тихо (кажется это опять был парень в гавайской рубашке)

Все молчали, молчали и смотрели в пустоту.

Потом что-то начало происходить. Никас почувствовал что что-то к ним приближается, что-то огромное и мощное, еще не видимое, очень ощутимое всем существом Никаса. Никас побежал, побежал изо всех сил от этого. Он бежал обратно к входу в метро, бежал как во сне, когда всем своим существом рвешься сквозь пространство и все равно ощущаешь что ты бежишь ещё очень медленно.

Тут он услышал крик… крик сзади себя…. Короткий крик жуткой боли. Никас не обернулся, он продолжал бежать. Опять крик. Теперь другой голос.

 Никас практически вбежал в метро, но тут он поскользнулся на мерзлой поверхности и упал прямо перед ступеньками, ведущими вниз в желтое нутро метрополитена. Он упал и обернулся, то что он увидел поразило его. Он на мгновение перестал ощущать реальность, все вдруг стало как во сне. Тело бегущего за ним толстого мужчины внезапно сзади окутала чернота, вибрирующая и переливающая как поверхность виниловой пластинки чернота и его, этого мужчину выкрутило, он взвился как разматывающийся серпантин и разорвался на части, кожа лопалась. Мышцы оголялись под разрывающейся кожей и кровь фонтанами била во все стороны. Никас увидел что то же самое начинает происходить и с машинистом. Бегущим к метрополитену, его раздавило нечто невидимое, просто расплющило, размазало по воздуху. Тело его превратилось в огромную кровавую массу, в красную лепешку с торчащими из неё былыми обломками костей.

 Никас обезумел: он рванулся вниз и скатился по лестнице кубарем. Он вскочил и помчался, помчался, помчался.

Что-то невидимое преследовало его , что-то гналось за ним.

Он бежал и не замечал что он орет, что из его рвущихся легких вырывается ужасный крик.

Он не сбежал, он слетел по эскалатору в толпу онемевших от ужаса людей.

Он врезался в оставшихся на перроне пассажиров и пробежал сквозь них. Что-то огромное спускалось по эскалатору за ним.

От ужаса Никас не мог говорить он орал что-то людям и они его не понимали, он хватил их руками и старался запихнуть их в двери вагонов, но люди убегали от него, они боялись его. Тогда он схватил ту самую девушку и прижав к себе побежал по перрону. Он знал что «оно» уже спустилось, что оно уже проникло на станцию. Он обернулся и сразу же пожалел об этом, людей разрывало на части, их перекручивало и они лопались как надувные шары все вокруг забрызгивая кровью. Люди орали, они бились в ужасе… но самое страшное, это то что их разрывала пустота, что-то совершенно невидимое, неосязаемое и от этого еще более жуткое.

 Никас забежал сначала в вагон, девушку он положил на пол, она потеряла сознание от увиденного, потом он выбежал из вагона и побежал по перрону к кабине водителя. Он влетел в неё. Уселся на место. Снаружи кричали, орали так что Никаса от звука этого нечеловеческого крика вырвало на пол кабины, еще… еще и еще он не мог остановиться он рвал и рвал, он мог задохнуться. Наконец он выпрямился и стал судорожно нажимать на ручки, стараясь закрыть двери. Голос из динамиков сказал что следующая станция «Советская», голос из динамиков просил пассажиров не прислоняться к дверям и быть осторожнее… и в унисон этому металлическому голосу рвались десятки голосов которых раздирало на куски пространство  . Никас нажимал и нажимал на какие-то кнопки и… и … наконец двери закрылись… Никас судорожно обернулся он увидел что несколько пассажиров успели забежать в вагоны, остальных крутило и разрывало в пространстве, перрон практически полностью был залит человеческой кровью. Никас нажимал кнопки и вдруг двери открылись опять. –Не-е-еТ! – закричал он и опять стал нажимать кнопки.

 Чтобы закрыть двери… давай… давай…. Давай!! – шептал себе ,Никас.

 Двери закрылись. Теперь вперед!!! – скомандовал Никас он слегка надавил ногой на педаль и вагоны качнуло… и тут что-то громадное врезалось в поезд сбоку. Никаса бросило на пол. Он поднялся и надавил ногой на педаль, поезд поехал, медленно, потом все быстрее и быстрее, набирая скорость. Он видел перед собой туннель, который изгибался влево, освещенный мощной фарой поезда. Но что-то продолжало биться в вагоны сзади. Все сильнее и сильнее, Поезд уже несся и тут… удар… рывок…  и их отпустило, что-то отпустило поезд, видимо электричка полностью въехала в тоннель. Никас плакал от напряжения. Слезы застилали его глаза. Он видел серо-желтый туннель перед собой.

  Сознание его разрывалось на части, его била дрожь, Никас не был в состоянии успокоиться.

- Что-о-о происходит?? – завыл он вдруг на всю кабину.

 И тут он вспомнил деда. Тот последний разговор, который ,казалось ему сейчас, происходил так давно… хотя в действительности всего несколько часов назад.

Дед что-то говорил про… «ОХ!!» - Никас растер руками лицо. Дед говорил про страшное коварство их властей, про то что война совсем не закончена, что это только видимая передышка… Что деду стали известны какие-то новые, совершенно невозможные факты, последних действий их правительства... «Пойми!! – кричал тогда дед, - пойми ты, не может так быть чтобы война ничем не кончилась, так чтобы не было победителей, не может так быть как теперь, что никто не выиграл!!! Зачем тогда такое количество человеческих жертв, если все бы закончилось вот так: просто прекратили войну и две стороны каждая осталась при своем! Это была только передышка… точнее даже перевод войны в иное русло!!!» Никас тогда не слушал, а дед говорил что-то про тайные переговоры с «ними».  Никас не понял кого именно имел дед под этими «с Ними», но что-то было в его словах правдивое, что-то истинное, что-то что Никас по глупости своей отрицал и не хотел понимать. «пойми, мы уже несколько лет подготавливаем почту, чтобы они вмешались в наш конфликт. Они уже давно следят за нами, уже несколько десятков лет, они обнаружили нас когда обсматривали нашу галактику на предмет разумных существ…» Никас перебивал деда, он кричал что не верит ни в какие инопланетные цивилизации. «СВЕРХцивилизаци!!» кричал дед. «Они намного умнее и совершение нас!!! У меня есть доказательства их теперешнего непосредственного вмешательства в дела Земли!!» Никас тогда не слушал… ох. Как он теперь жалеет что не слушал деда… «Но они опустошат её… это им надо, пойми они стараются не для нас, чтобы победить наших врагов… они будут стараться для себя!!!!» орал дед, когда Никас уже выбегал из квартиры. «Сегодня или завтра все должно начаться!!» - плакал дед за дверью… Никас теперь плакал вспоминая деда. «Опустошение!!» сказал тогда дед… как же он оказался прав!!!  «Кто они!?» - думал про себя Никас.

Поезд летел сквозь черный туннель. Впереди показался свет…

ЧАСТЬ  ||

Похожие статьи:

РассказыНочь

РассказыЗаписки из мертвого города

РассказыВторая жизнь Олега

РассказыВечная "Ж"

РассказыЗамороженные

Рейтинг: 0 Голосов: 0 461 просмотр
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий