fantascop

Пути Господни неисповедимы

в выпуске 2013/09/06
12 апреля 2013 - Александр Кеслер
article457.jpg

Пути Господни неисповедимы

Ник боковым зрением заметил блеснувшее в тусклом свете лезвие ножа, но, к сожалению, слишком поздно, чтобы успеть увернуться от удара. «Ну, вот и все». – Мелькнула банальная мысль, когда лезвие впилось в бок. Перед глазами пронеслись кадры космического триллера, наполненного сценами жестокости и мошенничества, что, собственно, и являлось самыми яркими воспоминаниями его отнюдь не праведной жизни. Затем все погрузилось во мрак и сознание покинуло Ника.

Внезапно возникший впереди ослепительный свет заставил его прищурить глаза. Тут же раздался голос, исходящий от источника сияния:

-        Чего это тебя, безбожника, сюда занесло?

-        Не знаю, — растерянно промямлил ослепленный, начиная догадываться, куда именно его занесло. – На все воля Божья.

-        Оно-то так, — подтвердил голос, — да только по тебе Люцифер плачет, а тебя, ума не приложу, зачем сюда прислали. Может, спутали с кем на сортировке?

-        Да нет же, не спутали, — поспешил рассеять сомнения собеседника Ник. – Я уже того.

-        Чего того?

-        Ну, раскаялся, осознал ошибки, готов искупить, — виновато произнес прибывший и спросил неуверенно: — Может, простите?

-        Ишь ты какой! Так прямо сразу и раскаялся? Прощение ему, видите ли, понадобилось. Что ж ты раньше-то ни прощения, ни благословения не просил? – и сурово, как приговор не подлежащий обжалованию голос отрубил: — В аду тебе самое место, там и будешь грехи свои искупать.

-        Ну зачем же в ад, Господи, сжалься! – Взмолился Ник. – Я ведь и так свое уже получил. Ну дай мне еще один шанс, испытай меня, проверь мою лояльность, Господи!

-        Бог с тобой, — смилостивился голос. – Ответь мне, как на духу – что сотворил ты при жизни со своей телесной оболочкой?

«А что с ней не так? – вопрос слегка озадачил Ника. – Оболочка была как оболочка. Ну, разве, что сердчишко последнее время пошаливать начало, да печенку изредка прихватывать стало, — вспомнил он, — а в остальном – все в порядке».

-        Не заботился я о ней, — сознался Ник. – Алкоголем и никотином отравлял, да вредными делами изматывал. Не берег…

-        Вот именно, не берег. – Прервал его голос. – Рассадник болезней завел: печень увеличена, в почках камни, в легких дырки, еще и в боку одной напоследок обзавелся. А знаешь ли ты, из-за чего рождаемость снижается?

В принципе, Ник подозревал, что столь печальное явление есть не чем иным, как следствием импотенции у мужчин, абортов у женщин и злоупотреблением наркотиками и алкоголем обоих полов, а так же нежеланием представителей этих самых полов обременять себя дополнительными обязанностями. Но вопрос был настолько неожиданным, что застал его врасплох, и Ник не нашел, что на это ответить.

-        …?

-        Из-за того, что каждое второе тело не лучше твоего, — просветил его голос. – Вот и приходится их списывать в утиль, вместо того, чтобы возрождать. А души месяцами в очереди томятся.

-        Виноват, злоупотреблял, – пробормотал подсудимый, сочиняя на ходу оправдательную речь, как вдруг его осенило. – Я ведь могу все исправить! Правда же, еще не поздно?!

-        Что ты можешь? Даже мне и то не всякую оболочку удается подправить после ваших художеств, от того и болезней развелось всяких множество. – В голосе зазвучали ноты возмущения и негодования. – Тоже мне целитель выискался.

-        Прости, Господи. – Поспешил реабилитироваться Ник. – Не то брякнул, как-то вырвалось. Я только хотел сказать, что, видимо, по ошибке или по какому-то нелепому стечению обстоятельств оказался посвященным в недостойную меня тайну, вернее в тайну, которую не достоин был знать. – Совершенно запутался в собственном словоблудии Ник.

-        Это когда же и где? – насторожился голос. – Ну-ка, напомни.

-        Пять лет назад, на Сигме-двенадцать.

-        Это там, где ты выменивал у аборигенов алмазы на всякую дребедень типа перочинных ножей?

-        Был такой грех. – Стыдливо сознался Ник.

-        Ну, кайся, раз начал. Что ты еще, кроме этого, там натворил?

-        Прости, Господи, что осмелился набрать чудодейственного эликсира из целебного источника. Но клянусь, я не использовал ни единой капли…

-        Как ты посмел совершить подобное святотатство. – Гневно произнес голос. – Сознавайся, где ты его прячешь?

-        В горной пещере. Там есть тайник, под большим камнем, — испугано сознался Ник, не ожидавший, что его признание вызовет такой шквал гнева. – Камень лежит у стены в пяти шагах от входа, справа.

-        Ты говоришь о Соколиной горе, грешная душа? – уточнил голос.

-        Да, там, на самой вершине…

-        Знаю,– прервал его невидимый собеседник и добавил: — Не захотел жить праведно на Земле, искупать грехи будешь в другом мире.

Это было последнее, что услышал Ник, прежде чем снова провалиться в беспамятство.

*     *     *

Открыв глаза, Ник осмотрелся по сторонам, соображая, где он? На преисподнюю это место, вроде бы, похоже не было и от сердца слегка отлегло. Рана в боку напомнила о себе, как только Ник попытался встать. Задрав рубаху, он увидел аккуратный, уже затянувшийся шрам.

Фиолетовое солнце клонилось к закату. Не успел Ник сделать и десяти шагов по неизвестной планете, где он непонятно каким образом оказался, как попал в плен к существам, напоминающим и внешностью, и повадками далеких предков человека.

Через неделю пребывания в плену, которую Ник посчитал сроком откормки, за которым, по логике вещей и по его стойкому убеждению, неминуемо должен был последовать акт каннибализма, он, по решению вождя племени, был отдан в мужья овдовевшей самке – матери восьмерых детей.

Добывание хлеба насущного для многодетной семьи до предела выматывало Ника, не привыкшего не только к охоте с каменным топором, а и к какойбы-то ни было работе вообще. Его теперешняя жизнь разительно отличалась от той,  к которой он привык, и которой жил совсем недавно. Вечерами он, обессиленный, валился на дурно пахнущие шкуры у очага и погружался в кошмарные сны, убегая от не менее кошмарной действительности. Иногда, засыпая, Ник вспоминал загадочное сияние, тот самый властный голос, и последние слова, врезавшиеся в память: «Не захотел жить праведно на Земле, искупать грехи будешь в другом мире».

И он терпеливо нес свой крест, полученный в награду за раскаяние, понимая, что за все совершенное в жизни рано или поздно приходится держать ответ и платить по счетам. А поскольку ничего хорошего, порядочного и героического в своей прошлой жизни Ник не совершил, да, собственно говоря, даже и не попытался, то надеяться на нечто иное в этой – его новой жизни, было бы по меньшей мере кощунством.

Но уже после первого месяца искупления грехов Ник решил: «Лучше бы я попал в ад»…

*      *      *

Машина стремительно неслась по извилистой горной дороге.

-        Слушай, Гудмен, ты бы поаккуратнее на поворотах, я, знаешь ли, не спешу на собственные похороны.

-        Не переживай, Ирвин, — успокоил приятеля водитель, — все под контролем. Тише едешь, дальше будешь от того места, куда едешь.

-        Хотелось бы еще добраться до того места живим. – Проворчал Ирвин.

-        Ты мне вот что скажи, — пропустив замечание Ирвина мимо ушей, беспечно поинтересовался Гудмен. – Как думаешь, Бог существует?

-        А с чего это вдруг тебя подобные вопросы стали интересовать? – удивленно спросил Ирвин и ехидно добавил. – Грехи замаливать решил, не иначе.

-        Нам с тобой, приятель, это ни к чему, и поможет где-то так, как рыбке зонтик, поскольку для наших грешных душ давно места в аду зарезервированы.

При этих словах, Гудмен лихо бросил машину на всей скорости в очередной вираж, заставив сердце Ирвина, в который раз, уйти в пятки, но тот не подавая вида, что дрейфит, бодрым голосом сказал:

-        В таком случае, у нас будет еще одна возможность повидаться с твоим бывшим компаньоном и кое-что ему рассказать.

-        Это точно, — согласился Гудмен. – С Ником оказалось хлопот больше, чем я рассчитывал. Как уже я к нему не подкатывался – и подпаивал, и припугивал, и девочек подсылал – все без толку. Ни слова об эликсире из него ни выудил. Твердый оказался орешек.

-        Главное, что нам все-таки удалось расколоть этот орешек, и парень не обманул возлагаемых на него надежд. Если откровенно, то я не очень-то верил в существование этого мифического эликсира.

-        Думал, что я тебе сказки рассказываю? А оказалось, что все это правда, приятель. А что Нику не повезло, так сам и виноват. Зря не захотел в последний раз честно разделить добычу; рисковали одинаково, значит и улов поровну. Так ведь?

-        Справедливо, Гудмен. И как видишь, справедливость восторжествовала.

-        Это только благодаря тебе. Я бы в жизни до такого не додумался. Пырнуть ножом – это еще куда ни шло, но вот все остальное… Инсценировка получилась – высший класс!

-        Что да, то да – удачно все вышло, — согласился Ирвин. – Твой дружок теперь до конца дней будет замаливать свои грехи, свято веря в то, что беседовал с Создателем, и что тот даровал ему второй шанс.

-        Он ведь никогда не был верующим, а тут вел себя так, что даже я удивился.

-        Если бы ты получил такую дозу транквилизаторов, какую вкатили ему в шприце под видом ножа… К тому же парень был твердо уверен, что получил перо в бок. В таком состоянии можно поверить во что угодно. Главное правдоподобно все обставить.

-        Но твоя идея сделать ему надрез под ребрами, после всего, это что-то.

-        Люблю, знаешь ли, реализм  и все доводить до конца, — сказал Ирвин. – А эта маленькая деталь позволит твоему непоколебимому Нику пребывать в уверенности, что жизнь на планете дикарей, куда мы его отправили, подарена ему Господом Богом для искупления грехов.

В этот момент Гудмен не справился с крутым поворотом извилистой горной дороги, и машина, сорвавшись с серпантина, полетела в ущелье, так и не доехав самую малость до вершины Соколиной горы.

Похожие статьи:

РассказыПограничник

РассказыПо ту сторону двери

РассказыПроблема вселенского масштаба

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыДоктор Пауз

Рейтинг: +2 Голосов: 2 877 просмотров
Нравится
Комментарии (1)
Алексей # 24 июня 2013 в 18:42 0
Обычно я читаю первый и последний абзацы написанного. Если они меня интригуют, тогда углубляюсь в чтение всего. Так и тут - прочев первый и последний, мелькнула мысль: "Неужели автор изменил своему стилю и приподнес к моей радости что-то интригующее от Незнанского"!? Увы, ожидание еритизма автора не оправдались! Правда, прочел все и возникли пару вопросов:
1. Не подвержен ли автор порокам алкоголизма, курения и пр. как у героя повествования?
2. Как насчет счетов по которым надо рано или позно платить?!
Прям заинтерисовали меня эти вопросы!
--------
P.S. А вообщем неплохо, читать можно!
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев