1W

Новогодняя вьюга

в выпуске 2013/04/30
article459.jpg

 

Клим шел сквозь вьюгу и зло поглядывал на светящиеся окна многоэтажек. Празднуют граждане, веселятся вовсю — уже доедают дряблые холодцы, тошнотного вида салатики и условно съедобную консервацию. Громоздят на столы горячее — заглушенную специями рыбу, темно-коричневую птицу и пресное мясо. А кое-где и приторные десерты сразу выставляют, чтобы третий раз не ходить на кухню, сосредоточиться на еде и телевизоре. Это Климу есть не хочется — похмелье. Которое остальным пока только предстоит — уже выпиты и отправлены под стол (а то денег не будет!) первые бутылки.

А у Клима можно хоть в пять рядов пустую тару выстраивать где угодно, потому что денег всё равно нет. И мелочи не осталось — все забрала Лена, не постеснялась монетки из карманов выгрести. Такая была добрая, ласковая… любящая. Пока Клима не уволили с “волчьим билетом”. Не то, чтобы так уж сильно проштрафился, с его рутинной компьютерно-складской работой любую ошибку можно было бы исправить, но начальству очень понравилось увольнять без выходного пособия. Экономят, вернее — жадничают. А еще вернее — получают садистское наслаждение.

И все, Лена ушла в тот же вечер, пока выпивший с горя лишнего Клим спал. Знакомые отвернулись, даже родственники избегают. А чего, спрашивается? Он их что — обворовал? Попросил в долг до лучших времён, не дали. Боятся что ли, что запьёт с горя и не отдаст? Может, они и правы...

Попытался сегодня заработать грузчиком на своем же складе. Договорились, что Клим и другой такой же временный грузчик перетащат коробки с товаром, скажут сторожу, чтобы закрыл, и зайдут в офис за деньгами. Перетащили, сказали, зашли, а там закрыто. Напарник выматерился, в сердцах плюнул на снег:

— Опять кинули, гады! — и ушел в метель. А Клим еще час проторчал у закрытых дверей, не зная, на что решаться. И потащился домой. Веселый Новый Год — даже напиться нечем, все, что было, приговорил вчера. А из закуси только позавчерашний, еще Леной сваренный суп. Теперь идет Клим, отворачиваясь от секущего снега, завидует нормальным людям и нормальному празднику. Даже в гости не удалось напроситься — не нужна никому чужая беда среди своего веселья.

Вьюга неистовствовала — вертела снежные вихри, упрямо гнула ветки и натягивала провода, нагло лезла под одежду, медленно жгла лицо. Завывала совсем как живая, будто волчья стая загоняет добычу, а не ветер дует. Хотя какая может быть охота в мегаполисе?! При очередном особенно яростном взвизге ветра Клим все-таки усмехнулся и даже вслух произнес:

-Волк.

И выбрал дорогу дворами, где вьюжило меньше.

Из какой-то открытой форточки донеслось пьяное хоровое пение:

— Мииилленька-а-а-ай тыыы мо-ой!!!

Песня прицепилась, Клим и сам запел фальшиво:

— Возьми-и меня-а с собо-ой, Буду тебе… — а поскольку становиться женой какому-то миленькому не хотелось, сестрой тоже, то закончил: — …братом.

Тут же ударил особенно мощный порыв ветра — хотя тихо ведь было в дворике! Снег перед Климом взметнулся — то ли вихрем его подняло, то ли вскочил кто-то. А может быть, сверху спрыгнул или затормозил с разгону… Клим потерял равновесие, взмахнул руками и с размаху уселся в снег — ноги не удержали, потому что перед Климомстоял волк. Огромный, седой, желтоглазый...

А?! Что?! В городе?! В обычном дворике, где дети гуляют?!

Или это собака? Нет. У собак не бывает таких уверенных и насмешливых глаз. И вообще, они ведут себя по-другому. А волки?! Да они вовсе людям на глаза не показываются, если верить каналу «Дискавери»! Разве что бешеные… Нет, бешеный бы уже кинулся, а этот просто стоит и смотрит.

Клим кое-как поднялся, стал отряхиваться. Еще посмотрел в желтые глаза, враждебности не увидел. Сейчас седой зверь залает или зарычит по-собачьи, или его окликнет хозяин. Вместо этого волк заговорил:

— Ты призвал вьюжного волка. Я пришел.

Даже черные губы на вытянутой морде шевелились, артикулируя. Однако в низком, насмешливом голосе слышалось что-то нечеловеческое — гласные звуки кажутся выдернутыми из волчьего воя, а «р» из рычания.

Все, допился Клим. Одного дня пьянства хватило, чтобы галлюцинации пришли. Не раз говорили умные люди, чтобы не смешивал, но, как понял, что Лена ушла, так все полилось в глотку, чего в квартире было алкогольного: водка, коньяк, кагор, шардоне и домашнее вино пятилетней выдержки в пластиковой бутылке. Алкаш, да и только. Но с непривычки-то организм столько не воспринял, и вышло всё обратно. А от галлюцинаций не спасло. Ущипнул себя сквозь штаны — больно. И потеплело там, на бедре, видать перестарался, и кровь пошла.

— Пойдем, — сказал волк, разворачиваясь. И пошел. Ступал мягко, легко, но с достоинством — как-то у него получалось сочетать.

Клим тоже пошел. За волком — просто потому, что было по пути, к дому. Присматривался к зверю — бугристая спина, мощные широкие лапы, хвост поленом. Обыкновенный, вроде бы, волк, только огромный, Климу по пояс, а то и по грудь. Ну и, еще, говорящий. Может, его окликнуть, порасспросить? Что нелепее — разговаривать с галлюцинациями или игнорировать их? Или надо идти сдаваться в дурдом? Там, хотя бы, кормят. И Новый Год должны устраивать с елкой и угощением.

Возле подъезда многоэтажки курил пьяный парень без шапки и в распахнутой дубленке. Посмотрел на волка и весело воскликнул:

— Ого, цуцик!

А тот уточнил с достоинством, презрением и оттенком угрозы:

— Я волк.

Пьяный моргнул, потом вытаращил глаза и уронил сигарету. Покачнулся. Неужели он тоже видит и слышит волка? Похоже, да, иначе чего бы ему перепугано икать и стремительно трезветь. Волк, стало быть, взаправдашний. Нет, можно предположить, что пьяный в распахнутой дубленке тоже привиделся, но тогда сразу приходит мысль, что и весь остальной мир Климу кажется. Недолго усомниться в собственном существовании, а это перебор.

Встречались еще прохожие, поглядывали на волка со страхом и восхищением. Попалась собачница с ротвейлером — который сначала насторожился, потом заскулил и спрятался за хозяйку, поджав обрубок хвоста. Вряд ли только потому, что волк больше. А хозяйка напряженно полюбопытствовала:

— Ч-что это за порода?!

— Волк, — поторопился ответить Клим, пока зверь сам не заговорил. Хватит и одного протрезвевшего.

— А почему без ошейника? — допытывалась собачница.

— Дикий, — пожал плечами Клим.

Судя по всему, волк самый что ни есть реальный, а значит, надо разбираться, откуда он и зачем. Клим поравнялся с волком, попытался сформулировать:

— И куда мы… И что ты…

— Наша стая сопровождает хозяина зимы, — перебил зверь. — Нас зовут, когда хотят отомстить, но не чувствуют в себе сил.

— Кому отомстить, Ленке? — растерялся Клим. — Да ну ее…

— Я не знаю, кому ты хочешь отомстить, я не слышу мыслей, только прихожу, когда зовут.

Тут Клим вспомнил где-то слышанную или вычитанную фразу:

— «Волк, волк, возьми меня с собой, стану братом тебе, оборотнем!»

— Да, так зовут вьюжного волка.

— Но… но… я же не точно так сказал… и… не имел ввиду…

— Ты шел через вьюгу, думал о мести, звал волка и просил о братстве. Этого достаточно.

Думал о мести?.. Еще как думал. Только нес Леной хотел рассчитаться по справедливости, а с фирмой своей бывшей. Десять лет жизни на них горбатился, в разгар кризиса за троих вертелся, а что взамен? Только надбавки к зарплате, и те не успевали за инфляцией. И наконец – «волчий билет», чтобы кому-то блатному место освободить. Как тут не отомстить?

А отомстить как? Поджечь офис, набить морду начальнику, исцарапать ему машину? В налоговую настучать? Нереально все. А если чего и реально — не хватит решительности.

— И что, ты отомстишь вместо меня? — спросил Клим. И хотел, и не хотел этого.

— Нет. Я подскажу тебе, как, и поделюсь силой.

— И я что, оборотнем стану?

— В аллегорическом смысле. Ты же не превратишься в сына моих родителей.

Надо же, волк знает умные слова, как будто мало, что разговаривает. И непонятно же выражается… Хотя:

— А, братом тоже… аллегорическим. А можно мне не отомстить, а денег заработать, например?

— Нет. Ты хотел мести.

— Кроме мордобития, никаких чудес, — пробормотал Клим. Волк повернул голову и широко улыбнулся. Вот она, та самая волчья улыбка, про которую сочиняют песни.

— А может быть, я отомщу им всем тем, что кучу денег заработаю? Разбогатею назло?

— Попробуй, — насмешливо одобрил волк.

А вот и почти пришли, волк уверенно ведет к подъезду, где Клим снимает квартиру. Зачем им сюда? Если мстить, то бывшему начальнику… правда, он, говорят, в Таиланд улетел. Стоило спросить, какие у волка планы, но посреди двора празднично шумела веселая компания, и Клим предпочел помолчать.

Железная дверь подъезда открылась перед волком сама собой, даже без домофонного писка. Тоже чудо. Волк легко побежал вверх по ступенькам, а Клим пошел к лифту — и так чуть не полгорода прошагал, денег на проезд не было, если сейчас на шестой этаж подниматься, то могут отвалиться ноги. Пока ехал, мелькала в голове мысль, что выйдет из лифта, а волка нет, закончилась галлюцинация. Жаль будет, потому что уже поверил и настроился отомстить… Хотя и не совсем понятно, как это устроить из квартиры. Еще разобраться надо, кто кого с собой взял — волк Клима или Клим волка, раз к Климу домой пришли. Но что может сделать из дому? Заслать через интернет вирус фирме в компьютеры? Мелькал и такой план, наряду с исцарапать машину начальника. Но квалификации не хватит, слабовато знает Клим программирование. Учил чего-то в институте, потом сам пытался освоить С++ и «Дельфи» на всякий случай, но мало этого. А на фирме антитрояны, пароли… И вдруг припомнилось кое-что — лазейки в защите. Раньше на них не обращал внимания, не задумывался, но ведь можно, еще как можно прорваться. Мало того, самопроизвольно сложился в голове алгоритм вируса, пока в общих чертах, но наверняка реализуемый.

Клим едва дождался, пока двери лифта разъедутся, бросился домой. Дверь не заперта — опять волчьи чудеса, или обокрали? А вдруг унесли компьютер?! Нет, вот он, родимый, даже не выключенный. И волк рядом разлегся на ковре, впрочем, не до него.

Нужных для программирования оболочек на компьютере не было, но быстро нашлось, откуда их скачать. Пока загружались и устанавливались, Клим уже писал программу в текстовом редакторе, потом и вовсе разогнался, как никогда — вспомнил о программировании все, что мог, даже краем уха слышанное и сразу забытое всплывало. А если знаний не хватало, легко, с первого раза находил их в сети — на форумах, в учебниках, справочниках. Вдохновенно работал, с азартом и восторгом, наверное, то же самое чувствует дикий зверь на охоте.

Поставил точку с запятой и понял, что они последние. Меньше часа ушло, и программа готова. Да какая — не просто вирус, а пакостнейший троян, настроенный на бухгалтерские файлы. Не только снесет начисто всю электронную бухгалтерию, но еще скопирует ее и разошлет по адресам налоговой, таможни, конкурентов и так далее. И так же ж хитро написано, что никакой антитроян и не пикнет.

Самое странное — Клим воспринимал программу целиком, четко знал, как она будет работать. И был твердо, на двести процентов уверен, что подействует. Прямо настоящим гением себя чувствовал. Аж сам себе завидовал, глаза бы себе выцарапал.

Можно уже сейчас выложить вирус на сервер, но лучше после праздников, когда на фирме включат все компьютеры. Чтобы, так сказать, лично присутствовать. Да, и надо бы следы замести — цепочки прокси, и так далее. Покурить в интернете, как это делается.

Только сейчас Клим заметил, что ему жарко — куртку не снял. И не разулся даже, от растаявшего снега с ботинок остались пятна на ковре.

— Ты уже отомстил? — спросил волк. Надо же, Клим и про него ухитрился забыть.

— Нет еще пока… почти отомстил, фигня осталась, — отвечал Клим снимая куртку. — Слушай, а… что с меня теперь?

Волк не ответил, просто смотрел Климу в глаза. Все с той же насмешкой.

— Я имею ввиду, что за все надо платить, — попытался уточнить Клим, — а ты мне помог отомстить, и что я тебе за это должен?

— Мне — ничего. Ты позвал, я пришел.

— Да? А кому тогда должен? И что?

— Смотря, что ты сделаешь дальше. Если станешь мне братом, то ничего не должен никому.

— Та-ак. То есть, моего вируса еще и мало окажется.

— Почему? — в голосе и глазах волка промелькнуло удивление.

— Ну… вы же кровожадные… звери.

— Ты ничего не знаешь о волках. Мы не убиваем без необходимости. И не убиваем тех, кто не готов к смерти.

Он на что намекает? Непонятно. Вряд ли имеет ввиду, что Климу надо отказаться от мести.

Зазвонили в дверь. Кого это несет посреди новогодней ночи? Между прочим, год все еще старый, восемнадцать минут осталось.

— Ты не откроешь? — спросил волк. Можно и открыть.

Беспокоили двое, худой носатый парень и рыженькая гибкая девушка. Одеты легко — ах да, это же соседи, молодая семья из квартиры рядом. Все равно парень и девушка, до мужчины и женщины им еще зреть и зреть. У парня в одной руке дорогая с виду бутылка — терракотовая, оплетенная соломой, с сургучной печатью на веревочке, — а в другой какая-то проволочка с изящной завитушкой на конце.

— У вас штопор есть? — спросил парень и показал проволочку. — А то у нас вот.

Если бы не волк, то страдающий от похмелья, обиды и бессилия Клим буркнул бы: «Нету», — и хлопнул дверью у соседей перед носом. Но готовая программа-троян здорово подняла настроение, праздничные лица парня и девушки уже не раздражали, похмелье, и то отступило. Так что сходил за штопором на кухню.

— Сначала ручка оторвалась, — рассказывал парень, ввинчивая стальную спиральку в слегка раскуроченную пробку, — так я плоскогубцами. А он совсем растянулся, был штопор, а стало шило.

— Вино хорошее, а штопор плохой, — пошутил Клим. Парень и девушка искренне улыбнулись.

— А вы чего не празднуете? — спросил парень.

— Сам удивляюсь, — развел руками Клим. — Как-то все сложилось неудачно…

— Так пойдемте к нам! — радостно предложил парень. — Как раз сейчас президент выступать будет!

— У нас гусь и торт с вишнями! — гордо добавила девушка.

А почему бы и не пойти? Теперь-то есть причина веселиться.

И вдруг Клим понял, что не хочет мстить. Это раньше, когда не мог, хотелось, а сейчас — расхотелось. Первым от трояна пострадает админ, а не начальник, да и бухгалтерам достанется, которые тоже ни причем. А начальник, глядишь, еще и вывернется, назначит кого-то виновным. Клима, например.

— Раз гусь, — начал Клим.

— То пойдемте, — хором закончили парень с девушкой и засмеялись.

Клим вспомнил про волка:

— Сейчас, тапочки одену…

Заглянув в комнату, Клим встретился с волком глазами. Может быть, тот и не слышал мысли, но, видимо, по глазам читал неплохо — в его взгляде проявилось понимание и одобрение.

— Прощай, брат, — улыбнулся волк и растворился в белом вихре.

Похожие статьи:

РассказыЖелание

РассказыПесочный человек

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыДоктор Пауз

РассказыПо ту сторону двери

Теги: мистика
Рейтинг: +1 Голосов: 1 843 просмотра
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий